РБК Компании от Академии Слетать.ру
Почему доля живого общения в обучении зависит не от формата курса, а от задачи, опыта слушателя и результата, который ему нужно получить
В онлайн-образовании часто пытаются найти универсальную пропорцию между самостоятельной работой и занятиями с преподавателем. Определить, сколько должно быть записанных материалов, а сколько — встреч с экспертом.
Я бы не стал искать здесь единую норму. На практике важнее понять, зачем ученику вообще нужно живое взаимодействие и какую задачу оно должно решать.
Особенно это заметно в обучении взрослых. Они редко приходят на курс просто ради новых знаний. Обычно за обучением стоит конкретная цель: освоить новую профессию, повысить результат в работе, разобраться с инструментом или решить определенную бизнес-задачу.
Именно от этой цели, а не от формата курса, стоит отталкиваться при проектировании программы.
Новичку важно понимать, что он делает правильно
Когда человек осваивает новую профессию, на него сразу обрушивается большой объем информации. Нужно разобраться в терминологии, понять, как устроен рынок, освоить инструменты, научиться работать с клиентами и принимать профессиональные решения.
При этом главная сложность часто не в том, что информации мало. Скорее наоборот, ее слишком много.
Новичку бывает трудно отделить главное от второстепенного, понять, правильно ли он выполнил задание и где именно допустил ошибку. И здесь преподаватель нужен прежде всего как человек, который дает обратную связь.
Его задача не просто объяснить тему, а помочь слушателю выстроить профессиональную логику: почему решение работает или не работает, на что обратить внимание, что стоит изменить.
Поэтому на старте обучения живого взаимодействия обычно требуется больше.
Но важно, чтобы такая поддержка постепенно уменьшалась.
Опытному специалисту постоянное сопровождение уже не нужно
С опытной аудиторией ситуация другая.
Человек, который несколько лет работает в профессии, как правило, не приходит учиться с нуля. У него уже есть собственный опыт, понимание рынка и привычные рабочие инструменты.
Чаще всего ему нужен ответ на конкретный вопрос: как повысить конверсию, перестроить продажи, запустить новый канал продвижения, организовать работу команды или внедрить новую технологию.
Такой слушатель вполне способен самостоятельно изучить теорию и попробовать применить ее на практике. Эксперт становится нужен уже на следующем этапе — когда необходимо разобрать конкретную ситуацию, проверить гипотезу или посмотреть на проблему со стороны.
В этом случае слишком большое количество обязательных встреч может, наоборот, мешать.
Поэтому я считаю, что для опытной аудитории живое взаимодействие лучше использовать точечно: для разбора кейсов, сложных вопросов и обратной связи там, где она действительно нужна.
В практических программах логика снова меняется
Есть форматы, где большое количество живого общения оправданно даже для опытных специалистов.
Речь идет о коротких практических интенсивах, где человек приходит не просто изучить материал, а что-то сделать: разработать стратегию, подготовить контент, настроить инструмент, разобрать бизнес-процесс или получить решение, которое можно сразу использовать в работе.
Тогда обучение строится уже не по принципу «посмотрел лекцию — выполнил тест».
Скорее это последовательность: задача, действие, ошибка, обратная связь, корректировка, новый результат.
В такой модели преподаватель фактически становится участником рабочего процесса. Он нужен не для того, чтобы прочитать материал, а чтобы помочь человеку быстрее пройти путь от первой попытки до рабочего решения.
Поэтому высокая доля синхронного обучения здесь вполне оправданна. Но не стоит переносить эту модель на любой курс.
Проценты сами по себе ничего не говорят о качестве программы
Иногда программы пытаются сравнивать по формальным показателям: сколько в них вебинаров, сколько записанных лекций, сколько часов преподаватель находится с группой.
На мой взгляд, эти цифры мало что говорят без контекста.
Условные 30% живого обучения могут быть достаточны в одной программе и совершенно не подходить для другой. То же самое касается 70–80%.
Все зависит от того, кто учится и что человек должен уметь после обучения.
Если это новичок, ему потребуется больше обратной связи.
Если специалист уже уверенно работает самостоятельно, значительную часть материала можно оставить в асинхронном формате.
Если задача программы — создать конкретный результат за короткий срок, живого взаимодействия снова может быть больше.
Поэтому при разработке обучения я бы сначала отвечал на три вопроса: что человек уже умеет делать сам, где у него, скорее всего, возникнут сложности и какой результат он должен получить в конце.
После этого гораздо проще понять, где действительно нужен преподаватель.
ИИ делает этот вопрос еще актуальнее
С появлением ИИ человеку стало проще самостоятельно получать базовую информацию.
Можно попросить объяснить термин, показать пример, помочь структурировать материал, подготовить первый вариант текста или предложить несколько решений.
Из-за этого роль преподавателя постепенно меняется.
Раньше значительная часть его работы была связана с передачей знаний. Сейчас сами знания становятся доступнее, поэтому ценность смещается в сторону того, что сложнее автоматизировать.
Например, понять контекст конкретной ситуации, заметить ошибку, задать уточняющий вопрос, оценить решение или помочь выбрать между несколькими вариантами.
ИИ может предложить человеку десять идей. Но не всегда способен понять, какая из них действительно подходит именно этому специалисту, компании или рынку.
И здесь живой эксперт по-прежнему остается важен.
Записи и живые занятия не нужно противопоставлять
Я не думаю, что онлайн-образованию вообще нужно выбирать между асинхронным и синхронным форматом.
У них просто разные задачи.
Все, что человек может спокойно изучить самостоятельно, нет смысла обязательно переносить в живое занятие. Записанные материалы, базы знаний и ИИ вполне могут закрывать теоретическую часть, повторение и первичную подготовку.
Преподавателя имеет смысл подключать там, где начинается более сложная работа: нужно оценить решение, разобрать ошибку, потренировать навык или помочь довести задачу до результата.
Поэтому вопрос «сколько живого общения должно быть в курсе» мне кажется не совсем правильным.
Гораздо полезнее спросить: в какой момент без эксперта человеку действительно будет трудно двигаться дальше.
Для взрослого слушателя это особенно важно. Он приходит учиться не ради количества лекций или встреч, а ради конкретного изменения в своей профессиональной деятельности. Хорошая образовательная программа должна быть устроена именно вокруг этого результата.
Я бы не стал искать здесь единую норму. На практике важнее понять, зачем ученику вообще нужно живое взаимодействие и какую задачу оно должно решать.
Особенно это заметно в обучении взрослых. Они редко приходят на курс просто ради новых знаний. Обычно за обучением стоит конкретная цель: освоить новую профессию, повысить результат в работе, разобраться с инструментом или решить определенную бизнес-задачу.
Именно от этой цели, а не от формата курса, стоит отталкиваться при проектировании программы.
Новичку важно понимать, что он делает правильно
Когда человек осваивает новую профессию, на него сразу обрушивается большой объем информации. Нужно разобраться в терминологии, понять, как устроен рынок, освоить инструменты, научиться работать с клиентами и принимать профессиональные решения.
При этом главная сложность часто не в том, что информации мало. Скорее наоборот, ее слишком много.
Новичку бывает трудно отделить главное от второстепенного, понять, правильно ли он выполнил задание и где именно допустил ошибку. И здесь преподаватель нужен прежде всего как человек, который дает обратную связь.
Его задача не просто объяснить тему, а помочь слушателю выстроить профессиональную логику: почему решение работает или не работает, на что обратить внимание, что стоит изменить.
Поэтому на старте обучения живого взаимодействия обычно требуется больше.
Но важно, чтобы такая поддержка постепенно уменьшалась.
Опытному специалисту постоянное сопровождение уже не нужно
С опытной аудиторией ситуация другая.
Человек, который несколько лет работает в профессии, как правило, не приходит учиться с нуля. У него уже есть собственный опыт, понимание рынка и привычные рабочие инструменты.
Чаще всего ему нужен ответ на конкретный вопрос: как повысить конверсию, перестроить продажи, запустить новый канал продвижения, организовать работу команды или внедрить новую технологию.
Такой слушатель вполне способен самостоятельно изучить теорию и попробовать применить ее на практике. Эксперт становится нужен уже на следующем этапе — когда необходимо разобрать конкретную ситуацию, проверить гипотезу или посмотреть на проблему со стороны.
В этом случае слишком большое количество обязательных встреч может, наоборот, мешать.
Поэтому я считаю, что для опытной аудитории живое взаимодействие лучше использовать точечно: для разбора кейсов, сложных вопросов и обратной связи там, где она действительно нужна.
В практических программах логика снова меняется
Есть форматы, где большое количество живого общения оправданно даже для опытных специалистов.
Речь идет о коротких практических интенсивах, где человек приходит не просто изучить материал, а что-то сделать: разработать стратегию, подготовить контент, настроить инструмент, разобрать бизнес-процесс или получить решение, которое можно сразу использовать в работе.
Тогда обучение строится уже не по принципу «посмотрел лекцию — выполнил тест».
Скорее это последовательность: задача, действие, ошибка, обратная связь, корректировка, новый результат.
В такой модели преподаватель фактически становится участником рабочего процесса. Он нужен не для того, чтобы прочитать материал, а чтобы помочь человеку быстрее пройти путь от первой попытки до рабочего решения.
Поэтому высокая доля синхронного обучения здесь вполне оправданна. Но не стоит переносить эту модель на любой курс.
Проценты сами по себе ничего не говорят о качестве программы
Иногда программы пытаются сравнивать по формальным показателям: сколько в них вебинаров, сколько записанных лекций, сколько часов преподаватель находится с группой.
На мой взгляд, эти цифры мало что говорят без контекста.
Условные 30% живого обучения могут быть достаточны в одной программе и совершенно не подходить для другой. То же самое касается 70–80%.
Все зависит от того, кто учится и что человек должен уметь после обучения.
Если это новичок, ему потребуется больше обратной связи.
Если специалист уже уверенно работает самостоятельно, значительную часть материала можно оставить в асинхронном формате.
Если задача программы — создать конкретный результат за короткий срок, живого взаимодействия снова может быть больше.
Поэтому при разработке обучения я бы сначала отвечал на три вопроса: что человек уже умеет делать сам, где у него, скорее всего, возникнут сложности и какой результат он должен получить в конце.
После этого гораздо проще понять, где действительно нужен преподаватель.
ИИ делает этот вопрос еще актуальнее
С появлением ИИ человеку стало проще самостоятельно получать базовую информацию.
Можно попросить объяснить термин, показать пример, помочь структурировать материал, подготовить первый вариант текста или предложить несколько решений.
Из-за этого роль преподавателя постепенно меняется.
Раньше значительная часть его работы была связана с передачей знаний. Сейчас сами знания становятся доступнее, поэтому ценность смещается в сторону того, что сложнее автоматизировать.
Например, понять контекст конкретной ситуации, заметить ошибку, задать уточняющий вопрос, оценить решение или помочь выбрать между несколькими вариантами.
ИИ может предложить человеку десять идей. Но не всегда способен понять, какая из них действительно подходит именно этому специалисту, компании или рынку.
И здесь живой эксперт по-прежнему остается важен.
Записи и живые занятия не нужно противопоставлять
Я не думаю, что онлайн-образованию вообще нужно выбирать между асинхронным и синхронным форматом.
У них просто разные задачи.
Все, что человек может спокойно изучить самостоятельно, нет смысла обязательно переносить в живое занятие. Записанные материалы, базы знаний и ИИ вполне могут закрывать теоретическую часть, повторение и первичную подготовку.
Преподавателя имеет смысл подключать там, где начинается более сложная работа: нужно оценить решение, разобрать ошибку, потренировать навык или помочь довести задачу до результата.
Поэтому вопрос «сколько живого общения должно быть в курсе» мне кажется не совсем правильным.
Гораздо полезнее спросить: в какой момент без эксперта человеку действительно будет трудно двигаться дальше.
Для взрослого слушателя это особенно важно. Он приходит учиться не ради количества лекций или встреч, а ради конкретного изменения в своей профессиональной деятельности. Хорошая образовательная программа должна быть устроена именно вокруг этого результата.